О чем писали виленские газеты 155 лет назад

«Литовские Епархиальные Ведомости» № 17 1864 год.

“Об открытии по всей России подписки на возобновление Виленской Пречистенской церкви»

30 мая 1864 года Синодальный обер-прокурор обратился к святому Синоду со следующим предложением: «В Северо-Западном крае находится весьма много древних памятников, свидетельствующих и подтверждающих своими останками, что в стране этой, в переходное время от язычества к христианству, православная вера была первой, пренявшей новообращенный народ в свои недра и господствовавшей в крае до насильного введения в оной поляками Латинства по присоединению Великого княжества Литовского к Польской короне.
На эти старинные и драгоценные памятники православия католичество наложило свою истребительную руку, и если не могло преобразить их в свойственную себе форму и вид, то старалась совершенно изгладить с лица земли следы, могущие свидетельствовать потомству, что колыбелью христианства здесь было православие. К числу таких замечательных памятников русской и православной старины принадлежат остатки Пречистенской Митрополитальной церкви, воздвигнутой в Вильне в первой половине XIV столетия, иждивением первой супруги великого князя Литовского Ольгерда, Марии Ярославовны, княжны Витебской, во имя Успения Пречистыя Богородицы. Церковь эта освящена в 1348 году Всероссийским Святителем Митрополитом Алексием, бывшим в то время Митрополичьим наместником в Киеве, сделалась первостепенною церковью в древней столице Литовско-Русского княжества, и потому называлась соборною, а с 1416 года, с основания при оной Митрополичьей кафедры, была до начала XVI столетия постоянным местопребыванием при оной Митрополитов Западной России, от чего получила название Митрополитальной церкви, сохранившееся и до ныне. Впоследствии, вскоре по объявлении на Брестском соборе в 1596 году Унии, церковь эта, по указу польского короля Сигизмунда III, 8 июля 1608 года, отобрана Униатами, которые, пользуясь пожаром, разрушившим оную в 1715 году, восстановили ее, вместо прежнего готическо-византийского стиля, в стиле и характере латинских храмов. В таком положении церковь эта, со своими древними стенами, но уже искаженная архитектурой западных храмов, существовала еще до 1810 года, когда, вследствие уничтожения при ней Униатской митрополичьей кафедры, она передана бывшему Виленскому университету, который, по распоряжению князя Адама Чарторижского, бывшего в то время попечителем Виленского учебного округа, перестроил ее в Анатомический театр.
По закрытии же университета здание это поступило в собственность города, и остатки древней православной святыни отданы внаем по частям разным частным лицам, преимущественно торговцам и мастеровым, которые по неудобству сделать жилье из обширных зал, обратили оные в мастерские и в хлева и загоны для домашнего скота. В таком виде находится древнейший остаток одного из первых православных храмов в Литве, в котором покоится прах великого князя Литовского Ольгерда, принявшего православие с именем Александра и умершего схимником в 1377 году, где погребена также Елена Иоанновна, дочь царя Иоанна III Васильевича, бывшая в супружестве за Александром, великим князем Литовским и королем Польским, — где, наконец, в течение двух столетий (1416-1609) совершалась бескровная жертва за благоденствие Русской 
земли, ее Государей и всего православного мира, и рукополагались пастыри и священнослужители для православного народа. Для извлечения из поругания столь драгоценного исторического памятника и восстановления оного для живого свидетельствования в потомстве о первом начале Христианстве в Западном крае под сению православной нашей веры, г. главный начальник Северо-Западного края признал необходимым из сохранившихся еще и совершенно крепких и прочных стен бывшей Пречистенской церкви, возобновить оную, с сохранением, по возможности, прежнего ее очерка и стиля. Но при этом генерал от инфантерии Муравьев нашел, что перестройка, поддержка и починка православных церквей того края, при настоящем их положении, требует больших расходов, несоразмерных с имеющимися у него средствами. Посему и в предположении, что русский народ, искони славный любовью и преданностью к вере своих предков и благоговенным уважением к священным памятникам православия и русской народной жизни, в особенности Москва, хранящая в стенах своих мощи святителя, осенившего в первый раз крестом Господним Виленскую Пречистенскую церковь, не замедлят придти в помощь и содействие к восстановлению из забвения и уничтожения древней православной святыни, г. главный начальник края просил исходотайствовать Высочайшее разрешение на открытие по всей России подписки на возобновление Виленской Пречистенской церкви. На предложение это последовало Высочайшее соизволение, окоем и сообщаю генералу от инфантерии Муравьеву. О такой Высочайшей воле г.Синодальный обер-прокурор предлагает святейшему Синоду.
«Св. Синод положил: « Дав знать о содержании настоящего предложения господина Синодального обер-прокурора по духовному ведомству печатными указами, предложить епархиальным преосвященным оказать возможное с их стороны содействие к восстановлению древней православной Пречистенской митрополитальной церкви в г. Вильно, приглашением доброхотнодателей к посильным на сей предмет приношениям, с тем, чтобы таковые пожертвования препровождаемы были на имя господина главного начальника Северо-Западного края, генерала от инфантерии Муравьева. Июля 28 дня 1864 года. На сем указе архипастырская его высокопреосвященства резолюция, от 23 августа за № 1 2215, дана таковая: «Пожертвовать от себя на сие богоугодное дело 500 рублей серебром и препроводить оные ныне же к г. главному начальнику здешнего края, предлагаю консистории вменить всему духовенству Литовской епархии в обязанность принять посильное участие в приношениях на означенный предмет, с приглашением к тому же других доброхотнодателей. Приношения таковые должны быть препровождаемы в консисторию через благочинных белого и монашествующего духовенства, а сию последнею представляемы г. главному начальнику края».

Вот как описывает события того времени в своем историческом очерке «Виленский Пречистенский собор» О.Щербицкий: «Пожертвования стекались из разных мест, и деньгами, и утварью. Особенно отзывчивыми оказались московское духовенство во главе с Московским митрополитом Филаретом, пожертвовавшее 34 000 рублей, и московское купечество – 5000 рублей. Но этих средств недостаточно было на покрытие всех необходимых расходов. Государь Император Александр II в бытность свою в Вильне 19 июня 1867 года, обозревая работы по возведению собора, и узнавши, что для окончательной отделки этого храма на самые необходимые работы требуется не менее 57 000 рублей, приказал отпустить эту сумму из государственного казначейства».
В этом же очерке О. Щербицкий приводит описание работ по восстановлению храма, о которых рассказывает очевидец, наблюдавший за ними летом 1865 года.
«Внутренность здания, — пишет он, — уже была очищена от коморок и чуланов, которыми оно было загромождено … В правом углу алтарной части здания еще виден был большой глуболкий сруб для отхожего места и свалки разных нечистот. В здание надо было спускаться с улицы по особой широкой каменной лестнице. 
Храм представлялся весь открытым, — и в его пустом громадном пространстве внимание останавливалось особенно на двух рядах огромных столбов или колонн-гигантов, на которых покоились совершенно целые своды …
Вправо от главного входа, где ныне предел во имя святителя Алексия, митрополита московского, было широкое отверстие, вроде окошка, ведущее в глубокий подвал. В этом подвале – целая груда человеческих костей … Эти черепа и кости таскали сюда рабочие, рывшие вокруг собора рвы для фундаментов под контр-форсы восстанавливаемого здания и угловой башни и находившие их в земле в большом количестве и на большой глубине. В подвале храма шли погребальные подземные галереи, в которых виднелись целые деревянные и железные гробы, из которых иные были окутаны холстом по крайней мере раз 30-40, наподобие египетских мумий, а иные выклеены были толстым слоем промасленной материи. Под некоторыми усыпальницами и гробами устроены были колодцы неопределенной глубины, — по центральной же подземной галерее с погребальными нишами у стен и колонн струился ручеек чистой кристаллической воды. Трупного запаха совсем не было слышно, — надо полагать, он уносился течением этого необычайно искусно устроенного под таким громадным зданием ручья. Все эти галереи и подземелья засыпались мусором и щебнем, обильно доставляемыми от уничтожаемых внутренних университетских, академических и ратушных построек».
Работы закончились в октябре 1868 года, и 22 октября было совершено торжественное освящение Храма во имя Успения Божьей Матери.

 

Николай Жуков

Tagged on:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *